«Идут своим путём и добиваются результатов»: аналитик Stratfor рассказал об изменениях в России за 30 лет

«Нe былo бoльшe длинныx oчeрeдeй, стoящиe в кoтoрыx нaдeялись купить любую eду, кoтoрaя тoлькo eщё oстaвaлaсь в нaличии, — вспoминaeт aвтoр.  
Трeтья пoeздкa, кoтoрaя сoстoялaсь в 1991 гoду, зaпoмнилaсь aмeрикaнцу тeм, чтo в Рoссии пoявились супeрмaркeты. Oгилви вспoминaeт, кaк мeнялaсь стрaнa нa прoтяжeнии пoслeдниx дeсятилeтий, и приxoдит к нeoжидaннoму для зaпaднoй прeссы вывoду o тoм пути рaзвития, кoтoрый выбрaлa Рoссия. Нeмнoгo. Втoрoй урoвeнь — кoнтaкты мeжду нaсeлeниями двуx стрaн: бaнкиры встрeчaются с бaнкирaми, учителя говорят с учителями и т.д. Я не говорю и не читаю по-русски. «Мы с Павлом вместе ждали самолёта в Париж, и он убедил меня в том, что о надежде говорить пока рано. «Идут своим путём»: аналитик Stratfor рассказал об изменениях в России за 30 лет. Аналитик Stratfor Джей Огилви с 1983 года неоднократно посещал СССР и Россию.  
Благодаря последней поездке он сделал два вывода.  
Во время своего первого визита, в 1983 году, когда Огилви посетил Москву и Тбилиси, он был очарован «гостеприимством, сияющим сквозь невзрачность». Наоборот — я видел веселье, я видел богатство.  
Второй вывод касается сравнения путей развития России и Китая. Тогда он застал первые признаки гласности и перестройки в СССР. Но он был не прав», — вспоминает автор материала. Своими впечатлениями он поделился в журнале Global Affairs. «Единицы, которых потом прозвали олигархами, сконцентрировали в своих руках несметные богатства, пока обычный народ смотрел, как пенсии уносит штормовыми порывами инфляции». По задумке, это должно способствовать установлению атмосферы доверия и снижать напряжённость в отношениях между СССР и США. Первый уровень — это, собственно, традиционная дипломатия: переговоры, меморандумы, ноты, соглашения, визиты официальных лиц. Вместе с тем он признаёт, что проводившаяся в стране политика приватизации обернулась катастрофой. Первый — стратегия импортозамещения работает. Если до недавних пор казалось, что китайский подход, заключающийся в проведении экономических реформ до политических, давал лучший результат, то теперь Огилви приходит к заключению, что русские «идут своим путём» и, как показалось этому обозревателю, «добиваются выдающихся результатов». «Санкции заставляют Россию перевести потребительский сектор экономики на импортозамещение — это именно то, что стране было необходимо, и это именно то, с чем были проблемы до санкций. Из четвёртой поездки запомнились многочисленные заявления вроде «мы никогда не вернёмся к старым порядкам», «мы принимаем принципы свободы, капитализма и демократии», но «мы сделаем это по-своему».  
В следующий раз Огилви оказался в России только в 2005 году. Но с 1980 года я состоял в небольшой группе, которая занималась тем, что мы называем гражданской дипломатией», — рассказывает Огилви в своей статье в журнале Global Affairs. Я видел на улицах людей, свободных во всём, способных на самовыражение.  
«Я не эксперт по России.  
Вторую поездку аналитик совершил уже в 1986 году. Особенно его впечатлило московское метро, о котором он сказал: «Теперь я знаю разницу между коммунизмом и капитализмом. Огилви даже хотел написать об этом статью с заголовком «Из России с надеждой», но его отговорил Павел Познер — брат телеведущего Владимира Познера. В капиталистических странах мы отделываем мрамором банки, а здесь вы кладёте мрамор в метро». И с их обширными запасами природных ресурсов, с их образованной рабочей силой и с их крайней изобретательностью — они справляются», — пишет Огилви. Их позы, их походки, их глаза, их одежда!»
 
И не только в Москве — впечатление на автора произвёл также и Екатеринбург, где он посетил, в частности, «Президентский центр Бориса Ельцина». Причём последний, по его словам, был слабо развит. — Приватизация принесла потребительские товары на полки, которые ещё недавно пустовали». Ещё он отметил разделение российской экономики на два больших сектора: добывающий и потребительский.  
Наконец, Огилви переходит к обзору своей последней поездки: «Страдает ли Россия от санкций? Не меньшее впечатление на Огилви произвела служба в одной из православных церквей в Тбилиси — «хотя до тех пор я много слышал о безбожности коммунистов». Примерно в то же время в американской дипломатии появился термин two track diplomacy, что можно перевести как «двухполосная» или «двухуровневая дипломатия». В ситуации, когда возможность импортировать потребительские товары ограничена, они учатся производить собственные. Реализуя эту стратегию, Огилви несколько раз посетил Советский Союз. Собирается ли она завоёвывать Запад? Абсолютно нет.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.